Идти в люди и быть собой | Журнал Дагестан

Идти в люди и быть собой

Дата публикации: 04.03.2023

Марина Ахмедханова

Юрий Шевелёв. Городские хроники История

Мой фотоархив — это история Дагестанав фотографиях, фотодокументах, или — моя биография.Ю....

8 часов назад

«Быть бдительным» Антитеррор

Накануне Дня Защитника Отечества в Музее боевой славы имени Валентины Макаровой (отдел Национального музея...

3 дня назад

«Писатели и критики общаются в основном на книжных... Литература

На Северо-Кавказский фестиваль «Тарки-Тау — 2023» в Махачкалу, помимо издательств, приехали более 30 поэтов,...

3 дня назад

Памяти Анатолия Босулаева из Кубачи Антитеррор

Анатолий Босулаев изначально не собирался быть военным. Он вырос в Кубачи, хулиганистым и боевитым совсем не...

5 дней назад

Совсем недавно молодая дагестанская поэтесса Индира Зубаирова приняла участие в поэтическом вечере в Нальчике. Событие это в дагестанской прессе вызвало определённый резонанс — всегда интересно, когда наши у соседей. Да и вообще — почему именно Индира, в Дагестане много молодых активных людей, пишущих стихи. Мы решили расспросить Индиру об этом, да и многом другом тоже.

Сидим в кафе. Это наша первая личная встреча. Конечно, об Индире знаю давно. Помню ее первые выходы на публику с чтением своих стихов. Сначала в числе других — таких же юных, звонких, потом уже сольно, вполне определившимся автором, занимающим определённую нишу в современной дагестанской поэзии.

На первый же свой вопрос, почему именно ее пригласили в Нальчик, получаю неожиданный ответ.

— А меня и не приглашали. Еще год назад я сказала себе: пока больше никаких выступлений в Махачкале, моя задача — постараться расширить свои границы. Участие в мастер-классах, различных литературных форумах, где мы набираемся мастерства, — это все хорошо, но нужно быть услышанной, моя аудитория должна расти. Для начала — в соседних республиках. Для этого нужно выезжать, возможно, сделать какие-то коллаборации. И я обратилась за советом к Дарье Шомаховой, главному редактору электронного литературного журнала «Буква», поэту, прозаику; мы познакомились с ней на мероприятиях Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ С.А. Филатова. Говорили о том, на какие площадки в нашем регионе можно выйти, обсудили возможность выступления группы литераторов. Все-таки встречаться со слушателями интереснее командой, я считаю. К тому же это хорошая возможность рассказать о себе сразу в нескольких республиках Северного Кавказа. Так пришла идея собрать на площадке Open Club в Нальчике представителей Осетии, Кабарды и Дагестана. Двигаться вместе — это более качественно и продуктивно.

— Кто был рядом с тобой на сцене?

— Это Марина Мазуренко, Рамонов Алан и Дарья Шомахова. Состав обусловлен, конечно же, дружескими связями. Все они известны у себя на родине, журналисты по профессии. Уже в процессе к нам присоединился поэт из Чечни Магомед Хурциев. Площадка была небольшая, но аудитория вполне себе серьёзная — критики, филологи, журналисты.

— У тебя есть известность за пределами Дагестана?

— Меня знают по мастер-классам, как участницу разных литературных фестивалей, литературных мастерских. Издательство «СТиХИ», продвигающее современную поэзию, помогает еще и получить профессиональное поэтическое образование. Можно подать заявку, а мастер сам набирает группу из тех, кто понравился, с кем хочет поработать. В прошлом году я проходила класс у Юрия Казаринова, доктора филологических наук, автора нескольких книг поэзии и прозы, а также учебников и монографий, посвященных исследованию феномена поэзии. В этом году я снова подала заявку, но хотела бы попасть к другому наставнику — это даёт новый ракурс, новые знания и обратную связь.

— Ты уже успела выпустить свою книгу?

— Да, в издательстве «Эпоха» вышла моя первая книга стихов и малой прозы «Чердаки Анжи». Не подумайте, что это имеет отношение к футбольной команде (улыбается). Это отсылка к старому названию Махачкалы. Вообще, это очень важный момент — выбор названия. Лишние ассоциации не нужны, они могут повлиять на выбор читателя и исказить замысел автора. Именно это и случилось с моей первой книгой.

— Так ты еще и прозаик?

— Случается. Но я и в поэзии не крепко стою на ногах, а о своей прозе пока не могу ничего сказать. Это небольшие рассказы. Вот, к примеру, один — «Цепь». Он о собаке хаски, которая всю свою жизнь проводит во дворе на цепи. Я увидела ее у своих знакомых, и мои ощущения вылились в рассказ.

— Что тебя волнует больше всего на нынешнем этапе твоей жизни, изменились ли темы твоих стихов?

— Где-то в 2015 году я впервые появилась на сцене Театра поэзии в числе других авторов. В то время я очень много думала о своей матери. Но недавно я попала в автомобильную аварию, и это выбило меня из этой темы. (Тут мы должны сказать, что Индира не жила со своими родителями, хотя они были живы, и некоторое время воспитывалась в школе-интернате в Дербенте. — М. А.). Сейчас я пишу о жизни, пытаюсь ответить для себя на извечный вопрос о ее смысле.

— И, конечно же, любовь? Ведь что за жизнь без любви?

— Любви у меня еще не было. Не думаю, что могу себе это позволить. У меня есть определённые ожидания, но мне кажется, что пока никто не сможет их оправдать. Наверное, многие думают, зачем такая нужна, слишком творческая (смеется). Для меня важна свобода.

— Это интересный поворот разговора. Что ты понимаешь под свободой — свобода действий, свобода мыслей?

Но ответа у Индиры на этот философский вопрос пока нет. Она предлагает компромиссный вариант.

— Скажу по-другому. Я хочу, чтобы мне позволили быть собой. Хочется рядом сильного человека, чтобы быть слабой.

Кажется, тут есть некое противоречие. Все-таки свобода, независимость и желание оставаться собой — все это, на мой взгляд, черты сильного человека. Как быть с этим, мы так и не договорились. Но идём дальше.

— Кого ты читаешь?

— Поэзия Тарковского и Ахматовой — это мои настольные книги. Марина Цветаева — я тянусь к ней, но понять ее еще рано для меня. Если из прозы — очень вдохновил «Лавр» Евгения Водолазкина, люблю «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда, «Скорбь Сатаны» Марии Корелли. Эти книги дают мне пищу для размышлений. Очень мне помогают советы Мусы Асельдеровича Гаджиева. Он дает мне список книг, которые рекомендует для прочтения. Благодарна Саиду Ниналалову. Именно он подтолкнул меня к изданию книги. Сама бы я не решилась.

Индира окончила педуниверситет по специальности психолог-воспитатель и магистратуру по филологии. Но считает, что ей все же не хватает той языковой базы, которую дает полное филологическое образование.

Одной молоденькой девчонке было нелегко. Но она не сдавалась никогда. К своим 28 годам она успела поработать судебным курьером, воспитателем в детском саду, заместителем директора студгородка общежития педуниверситета. С 2018 года — помощник режиссера в Дагестанском театре оперы и балета. Она хороший организатор. В театре контролирует работу разных цехов — декораторов, костюмеров, реквизиторов, следит за дисциплиной актеров. Но считает, что работа не должна мешать ее творчеству, отнимать слишком много ресурсов. Иначе она перестанет быть эффективной в поэзии. А добиться мастерства, а потом и признания и стать известным поэтом — это главная цель Индиры. Спрашиваю, что она для этого делает. Тут некоторая неясность. И это понятно. Кто знает, в чем секрет популярности. Талант, скажете вы, но есть еще что-то. Тогда захожу с другой стороны.

— Вот, к примеру, Ислам Ханипаев много писал, но после стольких проходных книг выстрелила пока одна его вещь, повесть «Типа я». Но это проза. Как поэту стать знаменитым? Все-таки поэзия, скорее всего, раскупается уже после того, как имя автора станет известным. Возможно, я ошибаюсь.

— Может быть, если писать на актуальные общественные темы. Но это конъюнктура, а мне бы этого не хотелось. Недостаточно выпустить свою книгу. Надо выходить к людям, к миру и говорить. Это и будет книга поэта. Ты должен болеть поэзией, жить ею. К сожалению, сейчас в Дагестане я не вижу молодых поэтов, которые пишут на широкое поле. В основном, в стол.

— Считаешь, что тебя понимают читатели?

— Мне кажется, что сейчас я пишу сложнее¸ но чувствую, что меня понимают, что затрагиваю какие-то струны души.

— В чем твоя сильная сторона, в творчестве, я хочу сказать?

— Я пишу о том, что знаю хорошо. Люди чувствуют, когда перед ними актерствуют, а со мной они понимают, что я искренна и говорю то, что думаю. Но мне нужен наставник. Я погружаюсь в тексты, свои или чужие, но иногда не могу чего-то ухватить. Это как в чтении Корана. Даже если ты можешь читать на языке оригинала, без наставника невозможно понять всего.

Оставаться собой, найти выход на широкую публику, обрести друга и учителя — вот наши пожелания Индире Зубаировой. Да будет так.