Сага о махачкалинском «Локомотиве» с «богосским» акцентом | Журнал Дагестан

Сага о махачкалинском «Локомотиве» с «богосским» акцентом

Дата публикации: 14.04.2023

Насухалав Исаев

Дан «Салют над Невой» Культура

В Дагестане проходят праздничные мероприятия, посвященные 80-летию освобождения блокадного Ленинграда. В...

1 день назад

Грусть-печаль Литература

*** «Грусть-печаль!» – сказал сурок, Он устал и весь продрог. «Грусть-печаль!» – сказал байбак. – «Мир –...

1 день назад

Линия мастера Изобразительное искусство

В Культурно-выставочном центре Национального музея РД им. Алибека Тахо-Годи работает юбилейная...

3 дня назад

Боль моя, удушье окаянное Литература

Боль моя, удушье окаянное Родилась в Красноярске 9 декабря 1956 года. Стихи, проза, публицистика печатались в...

3 дня назад

В ущелье р. Рисор. Вот он перевал. Дюльты. Дорога к дому в 2 раза короче, чем от старта до финиша. Дорога под крышу дома своего 1.

В школьные годы Насухалав Исаев пристрастился к охоте на лис, потому что за их шкурки платили деньги. Как-то отец узнал об этом, подозвал сына и попросил принести ружьё. Зарядил его солью и приказал встать в угол. «Что ты делаешь, отец?» — с испугом воскликнул мальчик. «Хочу, чтобы ты почувствовал, что такое испытывать боль». Насухалав запомнил эти слова на всю жизнь.

Как Насухалав из Гумбетовского района попал в Ростовский железнодорожный техникум, я забыл спросить. У нас была длинная беседа, которая часто перескакивала с одной темы на другую: так много произошло за прошедшие 40 лет, с того момента, как в Махачкале появились клубы горного туризма «Локомотив» и «Богос». А мой собеседник знает об этом, как никто другой. Наших общих друзей разбросало по стране, но вот пришло время, когда хочется вновь увидеть друг друга.

Горы связали нас в одну связку, и с годами всё больше ощущаешь нехватку крепкого локтя. Насухалав сохранил в своём архиве наши походные фотогазеты. Он специально поехал в Алмало, где они 20 лет хранились у товарища. «Были и киноплёнки, но их не уберегли. Подумали: кому эти кассеты сегодня нужны?! Я ведь ещё в молодости снимал на киноплёнку наши походы».

50-летие ДСО «Локомотив» мы отметили походом 2 категории сложности. Исследовательская работа на тему «Наш путь от старта до финиша был «далёк и долог» — 121 километр! Маршрут прошёл через перевалы «Чукулу» — 1Б, «Бодонай» — 1Б, «Дюльты» — 2А.

Какая поза для отдыха самая удобная?

Едем по заснеженной Махачкале к Насухалаву домой. Много лет в столице не видели подобных сугробов. Водители забыли, что такое зимняя резина. Едем, вспоминаем ребят и эпизоды с восхождений.

          Бадрутдин (Бадрик) Гамзаев, Хабиб Курбанов, Гусейн Абдурахманов (погиб 6 сентября 1990 г.) и Магомед (Ноусер или Крокодил) Тагиров, Ольга Савельева, Алёна Мишина, Рахатулла (Рахмет) Алиев, Женя Максимов, Магомедрасул Абдуллаев, Умар Абдурагимов (самый активный), Тажудин Шахбанов, Вася Спаский, Сурая (Сурик) и Гуля Рустамовы, Ирина Шкурко, Джамиля, Зоя Гаджиева, Вечеслав (Славик умер в 2021 г.) и Оля Геликановы, Вячеслав (Славик толстый), Валера Магомедов, Гаджи Абдуллаев, Александр Иванов, Герман Фомин, Елена Труженикова (умерла во время родов), Елена Замула, Адам Адамов, Светлана Шутова (Рымарева), Олег Бублик (умер в г. Батайске), Андрей Шмыгля (Шульц), Шахбан (Шах) Акаев, Тимур Карнаилов, Арсен Гаджиев и многие другие.

Удостоверение «Локомотива»

Истории, о которых рассказал Насухалав, берут отсчёт в начале 80-х годов. В 1982 году его избрали в профсоюзный комитет Энергоучастка Махачкалинской железной дороги. За плечами была служба в армии и учёба в железнодорожном институте на факультете энергетического хозяйства железных дорог. Удивительная ситуация тех лет: на работу не принимали без прописки, а прописку не делали без справки с места работы. Помогла специализация: на этом самом Энергоучастке не хватало специалистов, и за него ухватились.

«Председатель профкома Любовь Михайловна Андреева поручила мне курировать культурный и спортивно-массовый сектор. Людей надо было чем-то занять, поэтому мы стали организовывать походы выходного дня на берег моря, в близлежащие горы, в Самурский лес. Нам выделили машину, а собирались мы на работе в «Красном уголке», у меня дома. О горном туризме, тем более альпинизме никто и не слышал, не помышлял о нём».

Три, два, один. Старт!

Травы, травы, травы не успели

От ноги туриста разогнуться.

Однажды из спортобщества ДСО «Локомотив» приходит телеграмма: «Срочно организовать команду для участия в Республиканском слёте туристов в Сергокалинском районе». Собрали людей, рюкзаки, сели на рейсовый автобус и — вперёд. Думали, как обычно, будет отдых на природе. Семь человек: Любовь Андреева (тогда ей было 50 лет), её дочери, Магомед Умаев, Сергей Шахов, Ольга Савельева и Насухалав. В этом же автобусе ехали ребята из Махачкалинского механического техникума, тоже с рюкзаками, весёлые такие, с гитарой.

Их руководитель Тимур Гусейнович Абдуллаев спрашивает у меня: «Вы на соревнования? А у вас карабины есть?» Я ужаснулся и говорю, что с собой карабинов нет, а на работе есть две малокалиберные винтовки. Если бы знали, то взяли. Он улыбнулся: «Ну, понятно! Тогда держитесь с нами». Они действительно предоставили нам для соревнований своё снаряжение. На соревнованиях я впервые увидел Зиявудина Никомагомедова. Такие люди, как он, подняли республиканский горный туризм на большую высоту. Это настоящие подвижники и личности с большой буквы.

Самый длинный, самый главный наш начальник Насухалав.

Бадрутдин — гигант мысли, отец нашей демократии.

Хабиб — комендант нашего лагеря, наш ласковый и нежный зверь.

У завхоза Магомеда (Хайбулаев) сегодня крупная победа!

Тимур Гусейнович Абдуллаев и в последующем помогал новому клубу ДСО «Локомотив». Он посылал опытных ребят, которые обучали основам спортивного ориентирования и другим навыкам.

Сформировался и костяк команды. Бадрутдин учился на 3-м курсе политехнического института, когда пришёл на практику на Энергоучасток железной дороги. Он уже тогда играл на гитаре. Хабиб работал мастером на булочно-кондитерском комбинате и учился заочно в политехе. Спустя время на соревнованиях по ориентированию я увидел, как Хабиб не может отдышаться, оказалось, он живёт с одним лёгким. Гусейн Абдурахманов и Магомед Тагиров работали на машиностроительном заводе и были в бригаде альпинистов на Чиркейской ГЭС. Девочки Ольга Савельева, Елена Беляева, Елена Уткина. Потом появилась Гуля Рустамова, Зоя Гаджиева. Познакомились и подружились с ребятами из политехнического клуба, который тогда ещё не назывался «Богосом».

Один из кубков «Локомотива»

Сильный слабый пол есть у нас ещё в резерве

Самой большой проблемой было достать снаряжение. Кроме брезентовых курток (штормовок), всё было дефицитом. Крючья, карабины, верёвки, парашютная ткань, которая шла на шитьё «фанарей», пуховиков и курток.

Мы начали доставать верёвки и другие принадлежности. Нам подарили один карабин, но на одного спортсмена должно быть не меньше двух. Туристы, альпинисты — это удивительное сообщество людей, готовых в любое время суток прийти на помощь. На соревнованиях мы отстаивали честь своих клубов, а в остальное время дружили. И, конечно, мечтали о новых походах и восхождениях.

В памяти сохранились все, с кем мы дружили:

команда завода «Стекловолокно»: Шамхал Алиев (спасатель международного класса), Петр Леонов (президент федерации альпинизма Дагестана). Команда «Завод им. М. Гаджиева» — братья Сергей и Александр Смотровы. Команда ДГУ «Эос» — Евгений Козорезов, Евгений Пашук, Костя Дорро, Шанаваз Шанавазов. Команда ДМИ «Сириус» — Абдурахман Алискандиев, Гимат Далгатов.

Наши старшие товарищи, с которых мы брали пример — Михаил Тимошин, Анатолий Саяпин, Курбан Гаджиев, Зиявдин Муртузалиев, Абдулла Мирзаев, Зиявудин Никомагомедов, да разве всех перечислишь!

При республиканском совете по туризму и экскурсиям многие прошли курсы инструкторов горного туризма и потом получали аттестацию во время учебного похода в горах.

История первая, поучительная

Ахвахский перевал, 1983 год.

Я на ниточке вишу,

Я на ниточку гляжу…

В учебный поход в Цумадинский район нас повёл инструктор Зиявудин Никомагомедов. В составе группы были девочки из НИИ «Полёт» и завода Гаджиева, один парень из университета, Гусейн Абдурахманов, Магомед Тагиров и я. Мы основной маршрут прошли до метеостанции «Сулак, высокогорная». Там в этот момент были сборы альпинистов. Среди инструкторов были Михаил Тимошин, Евгений Козорезов, Шамхал Алиев. Они готовились к восхождению на Аддала.

Буба предложил на следующий день пройти ледовое занятие на Ахвахском перевале и выделил нас троих. И вот мы взобрались на гребень между Цумадинским и Советским районами, а дальше должны были спуститься на Ахвахский перевал. С гребня были видные страшные ледовые отложения. Но я подумал, если мои напарники пройдут, то и я смогу. Гребень из острого сланца, выточенного ветрами. Только мы на него поднялись, как подступил туман. Зиявудин говорит: «Остановитесь, быстро оденьте обвязки, привяжитесь. Здесь большая возможность упасть». Стали обвязываться, а Магомед говорит: «Я пока посмотрю, внизу есть спуск или нет». Он прошёл буквально два-три шага. И такой звук «хварк»! Дальше тишина. Зиявудин кричит: «Что там?» «По-моему, Магомед сорвался». «Как так?» У Зиявудина была прочная швейцарская веревка-восьмёрка 80 метров длиной. Гусейн был худой. Мы его привязали и спустили на всю длину веревки. Он снизу кричит «Я в воздухе вишу, там ниже тумана нет. Вижу на снегу Магомеда. Он вроде шевелится». Вскоре туман рассеялся, и мы нашли место для спуска к месту падения. Магомед лежал на снегу раздетый. Побился, в синяках, но остался жив. Представляешь, 350 метров высота. Как может человек с такой высоты упасть и живым остаться?! Ему посчастливилось, что он падал на заснеженные скальные выступы. Там примерно между ними 5-6 метров. Вот так скатывался и летел. Это падение не отбило у него желания заниматься альпинизмом.

Фото М. Тишина

История вторая, мистическая

Шалбуздаг, 1986 год.

Он и его сообщники задумали… идти в горы

22 декабря отмечается День энергетика. На работе поставили задачу совершить восхождение на Шалбуздаг и Базардюзю. Подобные походы традиционно совершали и другие команды Дагестана.

В горных походах необходим опытный инструктор. Мы дружили с альпинистами братьями-близнецами Сашей и Сергеем Смотровыми. Наш поход грозил уже накрыться, но выручил Саша. Когда идёшь в горы, важно, чтобы у людей был совместимый характер. Инструктор Саша Смотров, Насухалав Исаев, Славик Геликанов, Бадрудтин Гамзаев, Зоя Гаджиева — хорошая подобралась команда.

Мама Зои отказывалась отпускать дочь с парнями в горы. Но девчонка не успокаивалась: «Возьмите меня, возьмите, пожалуйста!». Насухалаву пришлось с женой пойти к родителям и упросить.

Гусейн с Магомедом достали на консервном заводе металлические банки, в которые закачали бензин и запаяли. Как правило, инструктор строго подходит к комплектации снаряжения и составлению списка продуктов. Не приветствуется нести в горы лишние вещи, тем более бензин в таком количестве, а банки прошли как фруктовые консервы.

Организация выделила спортсменам машину, но водитель отказался ехать дальше Текипиркента. Дальше ребята пошли пешком и переночевали на ферме из-за начавшейся пурги. Отступать не было желания, и утром они продолжили путь и даже не зашли в Куруш, а поднялись выше, к большим камням у подножия Шалбуздага. Здесь провели вторую ночь, поскольку подъём на эту гору дольше, чем на Базардюзю. Ночью накрыла пурга. Утром выдалось окно, и Сергей решил для акклиматизации подняться к Заячьим ушам. Наверху Бадрика стало горнячить. Сергей, увидев это, сказал мне потихоньку спускаться с Бадриком к палаткам. А они пошли быстрее, чтобы к нашему приходу приготовить еду.

Бадрик в запале после соревнований

Спокойствие и только спокойствие

Есть твёрдое правило у альпинистов — спускаться с горы по пути подъёма. Насухалав с Бадрутдином не спеша прошли траверс по склону и уже внизу видели лагерь, где ходят Саша и Славик. Расстояние было приличным, и мы решили сократить путь, прокатившись по снежному спуску на пятой точке. Только докатились до палаток, а Славик спрашивает: «А где Зоя?».

Меня как током ударило. Я спросил: «Где её оставили?» Она осталась выше, среди камней, чтобы с нами вернуться. Уже надвигался вечер, и погода портилась. Я сбросил рюкзак и стал подниматься обратно наверх. Саша тоже понял ситуацию и обогнал меня, ведь он мастер спорта был. Среди камней она села на солнышке и уснула. Мы прошли по протоптанному снегу, кричали, но безрезультатно. Бушевала пурга, и мы спустились вниз. Сидим в палатке, в оцепенении: Зои нет. Потом приняли решение: Бадрик спускается в Куруш сообщить о происшествии, Славик останется около палаток, а мы с Сашей вновь наверх продолжить поиск. А на улице западный ветер, такой, что рвет палатку. Пригодились банки с бензином. Пробили крышки и налили в алюминиевые чашки, потом подожгли — как факелы — и снаружи расставили: может, она заметит. Ничего не видно. И вдруг в тот момент, как я выглянул из палатки, мне послышался голос, как будто меня зовут. Я поднял голову и в плотной снежной пелене внезапно увидел как бы дыру, в которой открылся горизонт, и оттуда летел звук. Это было против всякой логики, ветер дул мне в спину. Славик меня останавливал, но я рванул на пригорок без обуви, в одних носках.

Только я на него взобрался, услышал жалобные всхлипы Зои: «Насик, Насик». Я побежал на её голос и прыгнул вниз в темноту. Поднялся и нашёл в снегу Зою. Она кинулась мне на шею, и её начало трясти. На ней не было ни ветровки, ни пухового жилета. Дотащил до палатки, и у неё началась истерика: то плачет, то смеётся. Саша быстро сообразил и стал хлестать ее по щекам, чтобы привести в чувство: «Зоя, это мы!»

Удивительно, Зоя не получила обморожения. Насухалав все те часы не находил покоя. Как бы он смотрел в глаза матери Зои, что бы сказал на работе? Да и сейчас, когда все страшное позади, у парня не было сомнений, что поход необходимо сворачивать. Но утром Саша принял решение идти вверх до грота. Там ночёвка, а потом восхождение на вершину. Собрали все вещи, кроме одной палатки.

Команда поднялись к гроту. Там установили на маленькой площадке двухместную палатку, в которой втиснулись все пять человек. По команде поворачиваются туда-сюда. А вещи в гроте сложили. Потом Насухалав сказал, что ему стало холодно, и пошёл в грот. Сел, зажёг примус, чай заварил. Чувствует, что-то сверху капает. Значит, здесь тепло. Не случайно в гроте было полно чёрных альпийских галок. Они шевелятся, копошатся у свода. «Зову ребят из палатки в грот. Так мы и просидели два дня, пока пурга бушевала. На третий день небо прояснилось, и мы пошли на вершину. И там нас пурга преследовала. Стоим наверху, ветер бешенный. С нашей стороны стена тумана, а там, где Фийский перевал, солнечно. С вершины Шалбуздага открываются великолепные виды во все стороны.

Так что с горами шутить нехорошо.

А ещё в канун нового 1986 года, так же в честь 50-летия ДСО «Локомотив», были проведены сборы в районе с. Куруш.

Члены нашей команды совершили «восхождения века» на Шалбуздаг по маршрутам 4-я башня с юга — «Уши», 3-я башня с юга — «Лопата» и, конечно, «Главная».

Грамота Бадрика

История третья, волчья

Поселок энергетиков, 1990 год

Гусейн Абдурахманов был замечательный человек и надёжный друг. Мне наверно повезло, что он был рядом со мной много лет. К сожалению, он трагически погиб, но сейчас не об этом.

В тот год Гусейн собрался жениться. Он строил дом у себя в селе и попросил Насухалава помочь разобраться с проводкой. Они начали работу, и тут приходит пожилой человек и уговаривает парня помочь спустить со скалы коз, которых загнал волк.

Гусейн говорит: «Извините, я сейчас не могу. У меня в доме человек работает, которого я из Махачкалы привез». Тот не отстаёт: «Ну ради Бога, помоги». Парень не мог отказать, тем более это был отцовский друг. Друг его одного не отпустил. Они взяли верёвку и пошли к реке. Посмотрели наверх, а там такая высота, и где-то вверху точки козлов. И всё же полезли. Впереди шёл Гусейн, за ним Насухалав, и так до самого верха. Дальше необходимо было спуститься к площадке, где кучкой стояли настороженные козы. Решили, что один спустит другого на веревке и будет страховать. Думали так: поймать каждую козу, обвязать и по очереди спускать. Какой там! Только парень спустился на площадку, козы убежали вниз по отвесной скале, как туры. Ни одно из животных не разбилось. Козы, наверное, подумали: не успели от одного волка копыта унести, а тут второй «волк» появился!

История длинная, братская

Красота: среди бегущих

Первых нет и отстающих…

Вот что мне кажется важным. Среди нас не было суперспортсменов, но мы побеждали командным духом и пронесли нашу дружбу сквозь годы и расстояния. Душой и объединяющей силой нашего альпинистского клуба «Искра» райсовета ДСО «Локомотив» всегда были Хабиб и Бадрутдин. К слову, мы все трое нашли свои вторые половинки тут же, в клубе.

Команды «Локомотива» и «Богоса» были как одно целое. Вместе ходили в горы, отдыхали, играли свадьбы. Мы завоевали 17 кубков и призов по горному туризму и в спасательных отрядах.

Всё, о чем я рассказал, лишь фрагменты нашей бурной молодости. Помним друзей, товарищей — живых и ушедших от нас… Молимся за всех!

Все эти парни и девушки прошли через республиканские и всероссийские слёты, альпиниады, совершали невероятные походы, которые стали частью истории альпинизма в Дагестане.

P.S.

Хочется вспомнить добрым словом руководителей Республиканского совета по туризму и экскурсиям Магомедсадыка Гаджиевича Умарова, Городского клуба туристов Зинаиду Алексеевну Кухарскую, Федерацию альпинизма и многих активистов и любителей гор.

__________

1 — Подписи и комментарии к фотографиям из походных стенгазет