Маршрутный дневник Магомед-Гаджи Османова | Журнал Дагестан

Маршрутный дневник Магомед-Гаджи Османова

Дата публикации: 31.03.2023

Магомед-Гаджи Османов

Дни моей жизни История

В архиве Цахая из Хури мы обнаружили записи на лакском языке — воспоминания о своей жизни под названием «Дни...

11 часов назад

Годекан журнала «Дагестан» Кунацкая

Вчера, 2 марта в Махачкале, в историческом парке «Россия – моя история» прошла презентация литературных и...

1 день назад

Цахай Цахаев из Хури История

В мировой литературе встречаются самые разные письменные произведения (научные, поэтические и др.),...

3 дня назад

«Cofee-Jazz» Культура

Ко Дню защитника Отечества дагестанская филармония подготовила слушателям сюрприз — новую концертную...

3 дня назад

Июль-август 1970 г. (Хранится в музее Дагестанского МЧС. Публикуется впервые)

Наша справка: Магомед-Гаджи Османов — первый начальник туристской спасательной службы Дагестана. Магомед был очень грамотным и сильным горным туристом, надёжным товарищем в горах. Немногословен и улыбчив, всегда спокоен, предельно собран и готов помочь. Магомед Османов организовал несколько интересных походов по Лакскому и Чародинскому высокогорью, участвовал в многодневных и не повторённых до сих пор туристских траверсах дагестанских хребтов. На траверсе Богосского хребта Магомед погиб от удара молнии. В память о нём с 1975 г. и до сих пор каждую осень дагестанские горноспасатели проводят соревнования — Кубок Османова. Перевал через ледяной Богос, западнее пика Чимис, носит его имя.

* * *

16 июля. В 13.15 прибыли к месту встречи с группой ЦСТЭ. Лагерь разбили у устья Саситлинки, которая впадает в Андийское Койсу.

17 июля. С 6.00 до 21.00 ждали группу ЦСТЭ. По графику они должны были к обеду выйти к Хваршинскому мосту, где и была назначена встреча.

18 июля. В 13.00 группу ЦСТЭ встретили дежурные от ДСТЭ, которые и привели их в лагерь. Оказалось, группа ЦСТЭ из-за непогоды (сильного тумана и облачности) и из-за болезни руководителя Генриха Иосифовича Анохина не смогла уложиться в график. Анохин и Зина сошли с маршрута у Саситлинки.

Г.И. Анохин возложил руководство на Камиля Ахмедханова. Дальше группа ЦСТЭ и группа ДСТЭ в 13 человек продолжат маршрут от перевала Ягодак и сойдут через 15 дней в Борисахо.

Группа ДСТЭ:

1.       Османов Магомед-Гаджи

2.       Абдуллаев Тимур

3.       Зеленский Александр

4.       Пашук Евгений Григорьевич

Группа ЦСТЭ:

1.       Ахмедханов Камиль Энверович

2.       Попов Сергей Николаевич

3.       Кузнецова Зина Александровна

4.       Эпштейн Игорь Яковлевич

5.       Пуртов Анатолий

6.       Кекало Павел Дмитриевич

7.       Калиниченко Иван Михайлович

8.       Останин Валентин Васильевич

19 июля. В 5.30, попрощавшись с Анохиным Генрихом Иосифовичем и Зиной, пошли вверх по тропе по правому берегу Саситлинки. Подъём был очень тяжёлым. В 10.00 были в сел. Саситли, находящемся в 6 км от места стоянки лагеря (откуда снялись утром). От Саситли до сел. Кеди (Цумадинский район) в два перехода преодолели около 4-х км.

У тропинки, начинающейся крутым подъёмом на перевал Ягодак, разбили лагерь. Завтра надо подняться на перевал, а груза много (на 20 дней без пополнения продуктов). Рюкзаки тяжёлые, на 35 кг. Высота около 2000 м над уровнем моря.

20 июля. В 6.00 тронулись на перевал Ягодак. В 11.38 вышли на отрог Снегового хребта — перевал Ягодак. Высота 2952 м (уточненная 2814).

С этого перевала видна вершина Диклосмта. Сзади к югу видна панорама Богосского хребта. Красота здесь открывается великолепная. Чтоб побольше полюбоваться красотой, решили пообедать здесь, на перевале. Впереди виднеется двуглавая вершина 3860 м и дальше — Диклос, весь в снегу. Двуглавая вершина — в седловине снег, и видно ледник.

Мы идём по снеговому гребню, южный склон в основном травянистый по 40º, северный — крутой сброс 75–80º.

Сегодня мы уже идем 2.40. Вышли на перевал, неизвестно, как называется, но видно хорошую тропу. На юг от этого перевала уходит ущелье, а на севере виднеются травянистые вершины, в водосливах лежит снег. Впереди на запад крутой подъём. На восток через ущелье — безымянная вершина, на ней виднеется тур. На юге в направлении ущелья виднеется хребет Каготль.

От перевала Гакох (назовём его так) мы поднялись вверх на запад к Диклосу. От перевала вниз по ущелью стекала река, приток Гакко.

В 11.45 взяли 3-ю вершину и спустились на перемычку, где остановились пообедать. Впереди вершина в 3860 м, и до нее и Диклоса тянется предвершинный гребень.

22 июля. В 6.00 вышли из лагеря. В 7.00 взяли безымянную вершину (3750 м). Поставили тур и оставили записку. Тут же поднялись на вторую вершину через перемычку, также безымянную (3860 м).

С этой вершины начнём восхождение на сам Диклос. Отсюда виднеются 2 жандарма (остроугольные скальные вершины. — Ред.). Как их обходить, пока не ясно, далековато и круто. Пока идём хорошо, через каждые 30 м привал. Все вершины в снегу. На редкость погода хорошая. А вот с ночёвкой пока дела плохи. Если мы не сможем взять Диклос сегодня, то неизвестно, где придётся ночёвку устраивать. На месте будет виднее. Хотя гребень, по которому будем идти, очень острый. Итак, пошли на Диклос.

23 июля. Диклос взят, очень снежная вершина, ледник большой, огромной площади. По графику мы должны были быть на Диклосе 21 июля. Это просто невозможно, слишком витиеватый путь к вершине. Генрих не мог предвидеть такого трудного пути к вершине. В 12.00 были на Диклосе, оставили записку и сняли две записки, одну 40 г. и другую 57 года, за подписью Камиля Ахмедханова. Дальше пошли на второй и третий зуб Диклоса. По северному гребню третьего зуба Диклоса стали спускаться вниз на перемычку. Гребень оказался очень сложен, спуститься на перемычку мы не успели. Ночевали прямо в кулуаре, чуть в сторонке, на сланце. Ночевали, сидя в спальных мешках. Кое-как уместившись на выступе и привязавшись к камням, коротали ночь.

24 июля. Проснувшись, мы собрались, сняли страховку и, спустившись на ледник, вышли к обеду на перемычку. Остальное время решили отдохнуть, так как никто почти не спал, а завтра решили сделать восхождение на вершину.

25 июля. Пошли на восхождение. В лагере остались только дежурные и больные. У Саши (Зеленский. — Ред.) надулся глаз, а у Тимура (Абдуллаева. — Ред.) на глазу ячмень, не мог смотреть. До обеда подобрались к оконечности вершины. Здесь нас остановила стена, очень сыпучая и трудная в техническом отношении. Собравшись, решили не рисковать.

Вернувшись на базу, решили спуститься в долину к селению Дикло и оттуда через перевал Шава и далее по реке Пирикительская Алазани пойти вверх к перевалу Ацунта.

26 июля. По ущелью пошли вниз вдоль речушки. Два раза пришлось налаживать переправу через неё, прежде чем набрели на тропу, ведущую к дагестанскому селению Черо. Тропинка поднималась вверх, так как ущелье перешло в узкий каньон. К обеду спустились с гребня, на который взбирались полдня, а спуск был очень крутой и потому тяжёлый. В Черо нас подкрепили хлебом и сыром. Если не эта добавка, то навряд ли бы мы поднялись на такой крутой подъём, который находится между Черо и Дикло. Почти 6 км крутого подъёма. Не доходя до Дикло, у речушки разбили лагерь. Я, Тимур и Толя пошли в село и достали 6 булок хлеба и сыру. Деньги у нас не взяли. Такого сытного ужина у нас ещё не было.

27 июля. Утром пришли в Дикло. Очень красивое место. Под селом разбили лагерь и пошли на вершину, которая находится к югу от села и покрыта вся хвойным лесом.

Вечером жители Дикло угостили нас бараниной, пивом и чачой.

28 июля. Здесь у Дикло группа разделилась. Семь человек закончили маршрут. Они пошли в сел. Алмало, где есть аэродром — это где-то в 6 км. А мы, остальные 6 человек во главе с Ахмедхановым, махачкалинцы и Анатолий Куртов из Симферополя, пошли на перевал Ацунта и оттуда на Барисахо. Вышли из Дикло (прощались) в 9.30.

В 18.00 мы пришли в с. Дартло, где разбили лагерь. Это в 12–14 км от с. Дикло. Нас угостили хлебом, сыром и свежей бараниной. Шикарно поели и попили вдоволь компота. Теперь у нас с продуктами неплохо. Сегодня от Дикло мы снова взяли перевал Шако и круто спустились вниз к притоку Пирикительской Алазани. Отсюда после обеда, переправившись, мы снова пошли на подъём до самого села Чечо, покинутого жителями, где остались только чабаны. А дальше села тропа до самого Дартло пошла на одном почти уровне, без спусков и подъёмов, если не считать незначительные.

29 июля. В 7.10 вышли из Дартло. Через 1.48 мы подошли под сел. Чишо. Это где-то 0.5 км от Дартло вверх по Пирикительской Алазани на правом берегу.

Здесь Алазани делает крутой поворот. Далее мы остановились у села Парсмо, там же пообедали.

Мы все идём вверх к перевалу Ацунта. На пути стоит село Герено, разрушенное, вернее, покинутое, в котором живут (в одном доме) чабаны. После Герено на пути попадается село Чёнтио, тоже покинутое. Только остались две семьи чабанов. В километре от Чёнтио на запад мы остановились на ночёвку у ручья.

30 июля. В 7.10 пошли дальше. Недалеко от коша остановились у чабанов, они нас угостили сухим вином, чачей, кипячёным молоком, чесноком, что особенно мне понравилось. Вместе сфотографировались, обменялись адресами и двинули дальше. Больше сёл мы не встречали. Часа в четыре мы встали под перевалом Ацунта. Итак, вместо четырёх дней, предполагаемых до перевала, мы затратили 3 дня.

Странички из маршрутного дневника М.-Г. Османова

31 июля. Я, кажись, заболел. Очень плохо себя чувствую. Особенно меня пугает слабость. Сказал Камилю о случившемся. По-видимому, вся вчерашняя смесь подействовала. Расстройство желудка, отсутствие аппетита — всё это послужило тому, что я утром ничего не поел. Камилю обещал до перевала дотянуть. Как я дотянул до перевала, не знаю, но дотянул, думал, сердце не выдержит, воздуха не хватало.

В 11.30 были на перевале. Здесь отдохнуть решили, перед взятием вершины Перчиту (4050). Меня лечили крепким горячим чаем. Мне всё-таки кажется, что расстройство я получил от снежной воды. Я ведь любитель холодной воды, которую пил при каждом удобном случае. Теперь решил не рисковать, а то могу группу подвести. Теперь для меня только чай. К вечеру полегчало. Желудок перестал болеть. Посмотрим, что даст следующее утро.

1 августа. В 6.50 снялись с лагеря и пошли на Перчиту поставить тур и оставить записку. Болезнь моя прошла — очень рад. А то ведь пришлось бы сходить с маршрута. А так пойдём дальше.

В 9.35 взяли Пирчиту, тур, записку и вниз. Сложной оказалась верхушка — перья острые, жандармы. Теперь вниз на перемычку. Мы на перемычке в 11.45. Здесь пообедаем и вперёд. Погода паршивая, с утра преследует туман. Всё внизу заволокло, и ничего не видно. Постепенно облачность заволакивает и нас. Видимость паршивая. Ничего не видно, нет возможности сориентироваться. Не можем определить, где Амуго (3815 м), и по какому гребню шагать. После обеда, поднявшись на неизвестную вершину, ждём прояснения погоды. Ещё больше заволокло — всё в молоке. Решили разбить лагерь с надеждой, что утром весь туман разгонит ветер.

2 августа. Утро ясное с востока, а запад весь окутан облаками. 4.20–5.30: облачность постепенно исчезает, видимость улучшается. Появляются вершины из облаков. В 6.30 нужный нам район виден отлично. Оказывается, вершина Амуго на юге, и нам до неё ещё топать. А вот Перчитумы взяли или какую-то безымянную вершину. В 7.20 снялись и в 7.40 спустились на перевал Амуго (3500 м), поставили тур, оставили записку. В 9.00 мы на вершине Амуго (3815 м). Теперь всё трудное позади и «ишачка» впереди. Самая наша последняя вершина осталась Барбало (3300 м). Сегодня мы, наверное, до неё не доберёмся, но до Малой Барбало (3150 м) — обязательно. Между Малой и Большой Барбало, по-видимому, и заночуем. Итак, наш маршрут подходит к концу. Через дня три, от силы четыре мы будем в Барисахо. Спустились и по гребню поднялись на следующую вершину Каруан (3500 м), на которой мы сняли записку Московского Успенского клуба туристов мясной и пищевой промышленности (22 августа 1939 г.). В 10.00 мы читали эту записку. Инструктор Семёнов Н.В. оставил свою записку. Прошли Малую Барбало, перевал преодолели в 15.10. В 16.35 мы уже на вершине Большой Барбало (3300 м).

3 августа. В 7.20 снялись и пошли к Тушетскому хребту. Прошли несколько безымянных вершин за 3000 м. Шли 40 минут. Впереди вершина Цохистави (3183 м).

9.30. Взяли Цохистави. Все за вчерашний переход измучились и сегодня еле идём. Выкладываем всё. Ноги от слабости дрожат, питание слабое, сухари кончились. Питание осталось на 1 сутки, а до Барисахо ещё 35 км. Нужно дотянуть сегодня хотя бы до кошары, где мы смогли бы подкрепиться хлебом и сыром. Погода паршивая. Что-то последние дни нас преследует туман. Идём почти вслепую. Нет возможности сориентироваться. Ловим проблески в тумане.

Сегодня вообще туман очень густой. Хорошо, утром рано чуть прояснилось, и нам удалось просмотреть хребет Тианетский, по которому нам нужно идти. Да, идти ещё много. Надо, чтоб завтра мы спустились в долину. На Цох оставили записку и пошли дальше по хребту.

Идём в сплошном тумане. В 11.00 прошли безымянную вершину (3940 м), в 11.07 остановились под вершиной на обед. На голодный желудок плохо идётся, да ещё особенно когда ничего существенного есть нечего. Как только пообедали, пошёл град, сильный и мощный. Усыпало весь гребень белым покрывалом… Минут 30 сыпало градом и притом чувствительным, хотя и сидели под плёнкой. А потом туман и дождь нас преследовал всю дорогу. Пришлось искать ночлег. А воды нет. В 4 часа нашли водичку и под дождём разбили лагерь.

4 августа. В 5.30 подъём, как всегда, всё хмурое. Облачность высокая, но дождя нет, хотя всю ночь шпарил. Итак, кажись, последний день. Сегодня мы должны закончить маршрут по Тианетскому хребту.

В 6.10 вроде начинает проясняться. Посмотрим, что дальше будет в наш последний день.

Вышли, всё чисто, не пасмурно. Через 15 минут начало заволакивать туманом, скоро всё заволокло. Идём в тумане. Через переход мы заблудились, вышли на какой-то отрог, пришлось возвращаться назад.

Подождали, пока прояснилось чуть-чуть, сориентировались и пошли на Черо (3084 м). Под Черо увидели озерцо, решили пообедать у него (40х40 м). Рядом оказался кош. Чабан дал ляжку баранины и хлеба, что очень нам кстати. В 11.40 мы уже пообедали. Решили сбегать на Черо и спуститься в долину. На этом и закончился маршрут.

В 12.40 двинулись на Черо.

В 15.20 были на вершине Черо — спустились в 16.20. В 16.50 пошли вниз к Пшавской Арагви. Спустились к неизвестной речонке в 18.00. Разбили лагерь. Пошёл дождь. Всю ночь почти шёл дождь. Есть нечего. Чабанское угощение всё- таки здорово нам помогло.

5 августа. Поднялись в 4.30, выпили чай с одним кусочком сахара (последним) и пошли. Решили в 14.00 дойти до Барисахо. Но если мы в дороге не подкрепимся, то навряд ли дойдём. Говорят, в 4-х км от нас должно быть село. Дойти бы до него и хлебушка достать.

В 6.05 вышли.

7.10 мы над селом Ахади и рекой Пшавская Арагви, через 20 минут будем у реки. В селе купили хлеб, молоко, сыр. Поели по-человечески и в 8.30 вышли из села.

В 9.00 мы переправились через Пшавскую Арагви на правый берег. Сельчане говорят, что до Барисахо ещё 22 км. Придётся нам топать до самой полуночи, чтоб добраться до Барисахо.

Подошли под село Муко. В 11.35 сели у речушки, протекающей через Муко. Через 15 минут пойдём дальше на Шуапхо. Если в Шуапхо будет дорога, и нам посчастливится, то, может, машина подкинет в Барисахо. Ох, это Барисахо, как жар-птица — всё никак не доберёмся до него.

P.S.

Евгений Пашук:

Через полтора часа мы добрались до Шуапхо. Здесь действительно есть грунтовая дорога, по которой мы пошли, постоянно оглядываясь, в надежде на попутку. Уже в сумерках удача наконец-то нам улыбнулась, и лихой джигит на ГАЗ-63, демонстрируя свое мастерство и удаль, пролетая крутые повороты так, что одно колесо вертелось над обрывом, мигом домчал нас до площади Барисахо. На вопрос, где можно вкусно поесть, он указал на невзрачную, сколоченную из потемневших досок, хижину, типа сарая. Сказал: самая вкусная еда здесь! Мы поставили палатку рядом с этим сараем и пошли есть. Говорят, что человеку для счастья необходимо периодически испытывать голод — нехватку кислорода, пищи, воды, информации… Наголодавшись по всем статьям, мы шли к сараю-харчевне в предвкушении чуда. В харчевне царил полумрак, за стойкой на полке рядами стояли 30 бутылок вина, все на вид одинаковые. Мы подошли, поздоровались, и я спросил, какое вино в бутылках. Хозяин ответил: «Все разные, найдешь одинаковые — бери бесплатно». Ни одной пары одинаковых бутылок я не нашел. Мы заказали на пятерых 100 хинкали. Хозяин засмеялся: не съедите! Мы не стали спорить, а зря. Хинкали оказались фантастически вкусными. Мы ели их одна за одной, запивая прекрасным грузинским сухим вином. Потом говорили, вспоминали маршрут и… заказали еще 50 штук хинкали. Я всегда в новых местах заказываю хинкали. Но ничего подобного, даже близко, больше не едал.

Утром мы прощались, обещали писать друг другу письма и обязательно встретиться. И разъехались по домам, «оставив в горах свое сердце».